Шаман и звезды - Анна Нова

одной из первых рас, которую человечество повстречало в космосе. Народ колдунов и шаманов – так нас иногда называют. Многие из нас следуют Пути духов. В Реестре приравнены к Homo sapiens, поэтому, как правило, дискриминации не подвергаемся. Мы вправе учиться и работать наравне с «человеком разумным». Мои родители были торговцами. Отец – из колонии стриксов на Пангее, а мать – из Португалии. Той самой, земной.

– Ноэми говорила, что может видеть ауру человека и тонкий мир. Я так понимаю, это врожденные способности?

– Все стриксы в той или иной степени обладают способностями. Просто у Ноэми они гораздо сильнее. Именно поэтому она привлекла внимание Департамента. Ее забрали у матери, когда они лежали в больнице. Ноэми тогда подцепила ультима-грипп…

– И после этого вы о ней больше не слышали. – Этан поежился.

Диаш кивнул, откинулся в кресле.

– Родители били тревогу, всюду искали ее. Но она пропала.

Повисло неловкое молчание. Этан не смог придумать, что сказать капитану.

– Твоему дяде тоже придется пройти процедуру записи воспоминаний, – напомнил Диаш.

– Ага, я так и думал. Он пообещал дополнить мой рассказ, да?

– Именно. Твой дядя очень ценен для нас. Он стоял у истоков этой чудовищной программы.

Этан поджал губы и кивнул.

– Иберийский парадокс? – Этан вдруг заметил на экране компьютера фото древнего наскального изображения – большеглазого «космонавта», как будто нарисованного детской рукой.

– М-м-м, ты в курсе?

– Да, люблю научпоп, много читаю. Первые аналогичные петроглифы нашли на Земле, на плато Тассилин-Адджер, а потом еще на десяти разных планетах. Ну, и могильники с кучей всяких странных штук. Для полного набора загадок.

– Ага, – рассеянно отозвался Диаш.

– Так что нам нужно сделать на Иберии?

– Достать парочку странных штук из святилища, – едва заметно улыбнулся капитан Диаш. – Тебе пора начинать рабочий день, – прибавил он. – Приступай.

Этан не стал спорить. Он поднялся на ноги и направился к двери.

– Надеюсь, ты не будешь скучать по миссис Лавли, – бросил вдогонку капитан.

– Вряд ли, – задумчиво ответил Этан и, шутливо козырнув, вышел.

3

Этан постучал в дверь каюты Мак-Айвера. Ответа не последовало. Этан постучал еще раз. Наконец дверь отъехала в сторону.

– Чего тебе? – не слишком дружелюбно спросил Кирен.

Биолог лежал на койке, даже не потрудившись снять ботинки. Внутри царил жуткий, совершенно невообразимый бардак, который придавал каюте сходство с пещерой первобытных людей. Освещение работало не в полную мощность, погружая комнату в неприветливый полумрак. Лениво вытащив из уха наушник, Кирен повторил вопрос:

– Ну? Чего хотел-то?

– Диаш сказал, что у тебя есть свободная койка. Вот пришел взглянуть на свою новую обитель.

Кирен криво улыбнулся:

– Вроде была. Если откопаешь, можешь размещаться.

– Господи. – Этан переступил порог и окинул каюту критическим взглядом. – Надеюсь, тут нет биологических угроз?

– Ничего не обещаю, – пожал плечами Кирен. – Он тебя в команду взял? – В карих глазах Мак-Айвера на секунду появился слабый интерес.

– Ага. – Этан опасливо двинулся к куче одежды и одеял. – Может, костюм химзащиты мне выдашь? А то как-то стремно.

– Не выпендривайся, а то будешь спать в коридоре, – честно пообещал Кирен. – На одном из этих биологически опасных одеял.

Он проворно соскочил с койки, лавируя между завалами вещей, пробрался в противоположный конец каюты.

– Теоретически койка здесь. – Он указал на гору сваленных на кровати книг и рубашек.

Этан скривился:

– Ты хоть раз здесь убирался?

– Не помню. – Кирен пожал плечами. – А зачем? – с недоумением уточнил он.

«Ну и персонаж», – с тоской подумал Этан.

Биолог сгреб свои рубашки и одеяла в охапку и запихнул в шкаф. Через минуту книги полетели следом. С чувством выполненного долга он вернулся на свою койку и взял планшет.

Этан осторожно сел на край кровати и еще раз окинул несчастным взглядом окружающую разруху. Ему было не по себе, слишком много хаоса – он сгущался вокруг Этана, затягивая в самый эпицентр.

– Я посмотрел записи твоих воспоминаний, очень любопытно, – внезапно заметил Кирен. – Особенно меня волнуют мистические твари, существа из подземелий.

– Меня тоже. Есть идеи, что это может быть?

– Нет, вообще нет. Но если мы доберемся до них раньше остальных, можем заявиться как первооткрыватели вида и получить нехилый грант. – С этими словами Кирен надел наушники и уткнулся в планшет.

Это означало, что биолог не хочет продолжать беседу. Этан вздохнул и решил заняться делом. Он открыл злосчастный шкаф и принялся аккуратно складывать пледы, одеяла и мятые худи.

– Ты что творишь? – Кирен вскочил со своей койки.

– Меня нервирует этот бардак, – отозвался Этан. – Раз уж я старший стюард, попробую разгрести тут все.

– Эй, у меня тут упорядоченный хаос! Спокойно, Этан, расслабься. – Кирен закрыл дверцу шкафа и забрал у Этана стопку пледов. – Ладно, я сам все сделаю. Сходи пока на камбуз, съешь чего-нибудь.

Этан кивнул. «Почему все расплывается? Почему реальность вдруг стала вязкой и тягучей?»

Он уставился на Кирена непонимающим взглядом, как будто видел его в первый раз.

– Все нормально? – уточнил Кирен. Кажется, ему передалось беспокойство Этана, голос его прозвучал неуверенно.

– Да, сойдет. Пойду на камбуз, спасибо за совет.

Он вышел из каюты. Снова коридоры, снова тошнота. Корабль давил своей массой, стены смыкались, вызывая липкое ощущение замкнутого пространства. Этан чувствовал себя запертым в доме из психоделического сна, где бесконечные лестницы вели в никуда, а одна и та же локация словно воспроизводила саму себя.

Кое-как он отыскал камбуз. Этан сел за стол, запустил пальцы в волосы. Он чувствовал себя совершенно потерянным, дезориентированным. Он не понимал, что делать дальше. Неопределенность и отсутствие плана на ближайшее будущее сводили его с ума.

– Ты почему не в процедурке?! – Оливия стояла в дверях, грозно уперев руки в бока. – Вайлд! Тебя никто не отпускал.

– Я сам себя отпустил. И уже приступил к работе. Во всяком случае, попытался.

– Мак-Айвер мне уже рассказал. И посоветовал тебя долечить.

Оливия уверенным шагом направилась к холодильнику. Достала оттуда сэндвичи, сделала чай, поставила еду на стол перед Этаном. Завершила композицию плиткой шоколада.

– Ешь, – распорядилась она. – Нужно поесть.

Этана при взгляде на еду замутило еще сильнее.

– Я не могу.

– Придется. Я тут корабельный врач, и ты полностью в моей власти. Поэтому приступай. Тебя не стошнит, обещаю, – жизнерадостно заверила она.

– Ну, будь готова на всякий случай.

Этан с опаской попробовал сэндвич, затем – чай.

– Опасность миновала, – слегка приободрившись, заметил он.

Оливия улыбнулась и сделала чаю и себе. Девушка села напротив и, отпив из кружки, спросила:

– Давно ты не летал?

– Лет тринадцать.

Оливия придвинулась ближе и наклонилась чуть вперед.

– Этан, слушай… А ты точно понимаешь,